Впервые в Интернете!

ПИСЬМА  ГИТЛЕРА

Ø      Йозефу Поппу. 26 января 1915 г.

Ø      Видеману. Январь 1917 г.

Ø      Карлу Майеру. 16 сентября 1919 г.

Ø      Фрау Дойченбауэр. 1 октября 1920 г.

Ø      Один из официальных ответов Гитлера на просьбу стать крестным отцом

Ø      Отцу Зеггу. 8 января 1929 г.

Ø      Леопольду Петшу. 2 июля 1929 г.

Ø      Хойеру. 21 сентября 1932 г.

Ø      Августу Кубичеку. 4 августа 1933 г.

Ø      Леопольду Петшу. 2 июня 1937 г.

Ø      Иосифу Сталину. 20 августа 1939 г.

Ø      Бенито Муссолини. Ноябрь 1940 г.

 Впервые на русском языке!

26 января 1915 г.

Дорогой господин Попп.

Наконец-то у меня появилась возможность написать Вам еще одно длинное письмо. Прежде всего, моя искренняя благодарность за Ваше доброе рождественское письмо, Вашу последнюю открытку, а также за посылку, которую я еще не получил. Почтовое сообщение очень плохое. Но все, несомненно, образуется со временем. Вы, дорогой господин Попп, и Ваша жена, наверное, хотели бы поподробнее узнать о нашем настоящем положении. Последние два месяца наш полк постоянно находился на линии фронта между Мессинами и Вишетом. Два месяца назад нас расположили в близлежащей ферме. Сейчас наш штаб находится в Мессинах. Местность частично ровная, а частично холмистая, покрытая бесконечными кустарниками и рядами деревьев. Из-за вечного дождя (у нас здесь нет зимы) и приближенности моря луга и поля выглядят, как бездонные болота, а дороги сплошь покрыты грязью. Среди этих болот — позиции нашей пехоты: лабиринты блиндажей, окопы с амбразурами, траншеи, заграждения из колючей проволоки, «волчьи ямы», фугасы; одним словом, почти неприступное расположение. Французы и англичане наступали с начала ноября. Но всегда отступали с огромными потерями. Это происходило день за днем. Сейчас штаб нашего полка находится в Мессинах. Мессины — это деревушка, состоящая из 2400 жителей, или, вернее, была деревушкой, ибо сейчас от нее ничего не осталось, кроме огромной груды пепла и мусора. Сначала мы штурмовали это место. Англичане отчаянно защищались. И только когда наша тяжелая артиллерия открыла огонь и наши 21-см минометы выбили воронки, каждая из которых достаточно велика, чтобы в ней свободно поместился стог сена, лишь тогда вся деревня с ее большим монастырем заполыхала в огне и нашим полкам удалось захватить ее среди потоков крови. Теперь по развалинам стреляют французы. Последние два месяца воздух и земля дрожали от грохота гранат и разрывов снарядов. Адский вой начинается в 9 утра, понижается к часу дня, а между 3 и 5 часами достигает своего апогея. В 5 часов дня все завершается. А самое ужасное, когда ночью по всему фронту начинают бить пушки. Сначала на расстоянии, а затем все ближе и ближе, к чему постепенно присоединяется оружейный огонь. Через полчаса все опять начинает затихать, за исключением бесконечных вспышек в небе. А дальше на запад мы можем видеть лучи больших прожекторов и слышать постоянный гул тяжелых морских орудий. Но ничто на земле не может сдвинуть нас отсюда. Мы будем держаться здесь до тех пор, пока Гинденбург не укротит Россию. Затем наступит день расплаты! В нескольких километрах в нашем тылу расположен лагерь свежих молодых баварцев. Теперь в каждом бельгийском местечке находятся свежие германские войска. Их все еще балуют и обучают. Не знаю, как долго, но потом будет забавно. Что же касается наших старых добровольцев, то сейчас они немного подавлены. Постоянные бои забрали очень много жизней, да к тому же тут холодно и сыро. Как ни странно, я чувствую себя хорошо, часто думаю о Мюнхене и о всех моих дорогих знакомых, особенно о Вас, уважаемый господин Попп, о Вашей супруге и детях. Если я и пишу так редко, пожалуйста, извините меня, но иногда я даже не могу помыться на протяжении 14 дней, до такой степени мы погружены в грязь и дерьмо. И эта бесконечная битва притупляет чувства. Больше всего нам не хватает регулярного сна. Так что, пожалуйста, простите меня. Наилучшие пожелания Вам, дорогой господин Попп, Вашей супруге и детям.

Искренне Ваш,

Адольф Гитлер

Это не единственное письмо, которое опровергает утверждения многих биографов, что Гитлера игнорировали друзья и знакомые во время первой мировой войны и что он не получал поддержки из дому.

 

Из письма адъютанту полка Видеману, январь 1917 г.

 “…После длительного пребывания в лазарете я несколько недель тому назад прибыл в Мюнхен для пополнения батальона 2-го пехотного полка. Я опять способен к прохождению службы и, как я понял, тем не менее должен быть направлен дополнительным транспортом во 2-й действующий пехотный полк. Господин обер-лейтенант, Вы понимаете, что мое настоятельное желание — вернуться в мой старый полк, к моим бывшим друзьям. Я очень прошу Вас, господин обер-лейтенант, востребовать меня опять в 16-й истребительный полк.

Адольф Гитлер, ефрейтор».

 

 Впервые на русском языке!

Из письма капитану Карлу Майеру

«16 сентября 1919 г.

Если угроза, с которой Еврейство противостоит нашему народу, привела к явной враждебности со стороны большей части немцев, то причину такой враждебности следует искать не в чистом признании, что Еврейство, как таковое, умышленно или непроизвольно оказывает пагубное влияние на нашу нацию, а в личном общении, в плохом впечатлении, которое еврей оставляет как личность. В результате антисемитизм слишком быстро принимает чисто эмоциональный характер. Но это неверная реакция. Антисемитизм, как политическое движение, не может формироваться эмоциональными факторами, а должен утверждаться признанием фактов. Сейчас факты таковы.

Начнем с того, что евреи являются расой, а не религиозным сообществом. И сам еврей никогда не называет себя еврейским немцем, еврейским поляком или еврейским американцем, а всегда он немецкий, польский или американский еврей. Самое большее, что еврей перенимает от чужого народа, среди которого он живет, это его язык. Возьмем, например, немца, который вынужден пользоваться французским языком во Франции, итальянским языком в Италии и китайским языком в Китае, но ведь от этого он не становится французом, итальянцем, не говоря уже о китайце, так и мы не можем назвать немцем еврея, которому пришлось жить среди нас и который, следовательно, вынужден разговаривать на немецком языке. И даже Моисеева вера, как бы велика не была ее значимость для сохранения этой расы, не может быть единственным критерием в решении, кто еврей, а кто нет. Вряд ли в мире есть раса, чьи представители исповедуют единую религию.

Посредством скрещивания на протяжении тысяч лет, часто в очень маленьких группах, Еврей смог сохранить свою расу и свои расовые характеристики намного успешнее, чем большинство многочисленных народов, среди которых он живет. В результате, среди нас живет негерманская чужеземная раса, не желающая и, по-настоящему, неспособная отбросить свои расовые характеристики, свои особенные чувства, мысли и амбиции, но, тем не менее, пользующаяся теми же политическими правами, как и мы сами. А поскольку даже чувства еврея ограничены материальной сферой, его мысли и амбиции склонны быть таковыми еще сильнее. Танец вокруг золотого тельца становится безжалостной борьбой за все те блага, которые мы в глубине души считаем не самыми высшими и не единственными, добиваться которых достойно на этой земле.

Работа индивидуума определяется уже не его характером, значимостью его достижений для общества, а единственно размером его состояния.

Величие нации в его понимании уже не измеряется суммой моральных и духовных ресурсов, а только материальными благами.

Все это приводит к тому умственному состоянию и той жажде денег и власти, которые позволяют Еврею стать таким неразборчивым в выборе средств, таким беспощадным в их использовании для собственных нужд.

В автократических государствах он пресмыкается перед «величием господ» и использует их расположение, чтобы стать пиявкой для их народа.

При демократии он стремится к благосклонности масс, пресмыкается перед «величием народа», но признает только «величие денег».

Он подрывает характер господина византийской лестью, национальную гордость и силу нации — нелепым и бесстыдным соблазнением к пороку. Выбранное им оружие — это общественное мнение, фальсифицированное прессой. Его власть — это власть денег, которые он накапливает так легко и нескончаемо в форме процентов, с их помощью он накладывает ярмо на нацию, что еще более пагубно, так как его внешний лоск скрывает страшные последствия его деятельности. Все, что заставляет людей стремиться к большим делам, будь то религия, социализм или демократия, обыкновенно служит Еврею средством удовлетворения его алчности и жажды власти.

Результатом его работы является расовый туберкулез нации.

А это имеет следующие последствия: чисто эмоциональный антисемитизм находит свое конечное выражение в форме погромов. Наоборот, рациональный антисемитизм должен привести к систематической и законной борьбе против евреев и отмене тех привилегий, которыми они пользуются по сравнению с другими иностранцами, живущими среди нас (Законы об иностранцах). Но конечной целью должно быть полное искоренение евреев из нашей среды. Обе цели можно достигнуть лишь правительством национальной силы, а не правительством национальной импотенции.

Германская Республика обязана своим рождением не объединенной воле нашего народа, а закулисному использованию обстоятельств, которые, взятые вместе, выражаются в глубоком неудовлетворении. Однако эти обстоятельства возникли независимо от политических структур и работают даже сегодня. Действительно, еще сильнее, чем когда-либо раньше. Значит, большая часть нашего народа должна прийти к пониманию, что наше положение можно улучшить не изменением структуры государства, как такового, а лишь возрождением моральных и духовных сил нации.

И это возрождение можно подготовить не стараниями безответственного большинства, попавшего под влияние партийных догм или интернационалистских призывов и лозунгов безответственной прессы, а решительными действиями со стороны националистически настроенных лидеров с глубоким чувством ответственности.

Именно этот факт лишает Республику внутренней поддержки духовных сил, в которой так сильно нуждается любая нация. Следовательно, настоящие лидеры нации вынуждены искать поддержки тех, кто в одиночку получает выгоду и продолжает получать выгоду от перемены формы германского государства и кто, именно по этой причине, стал движущей силой революции — Евреи. Несмотря на еврейскую угрозу, которая безоговорочно признана даже сегодняшними лидерами (как свидетельствуют различные заявления выдающихся личностей), эти люди вынуждены принимать еврейскую благосклонность ради своего личного преимущества и отплачивать за эту благосклонность. А отплата не только включает удовлетворение каждого возможного еврейского требования, но и превыше всего — предотвращение борьбы одураченного народа против его обманщиков, саботаж антисемитского движения.

Искренне Ваш,

Адольф Гитлер».

10 сентября 1919 г., когда Гитлер все еще служил в армии (он демобилизовался в марте 1920 г.) и находился в Мюнхене, один из его начальников, капитан Карл Майер, попросил его высказать точку зрения социалистов на еврейский вопрос, что Гитлер охотно сделал в письме от 16 сентября 1919 г.

 

Впервые на русском языке!

Ландсберг на Лехе, 1 октября 1920 г.

Уважаемая фрау Дойченбауэр,

Несколько дней назад фрау Райхарт была так добра, что принесла мне Ваш сливовый пирог. Это было короткое напоминание о времени, которое я провел возле вас, когда был солдатом, а также признак того, что Вы не позабыли меня. Пожалуйста, примите мою сердечную благодарность за это внимание.

С наилучшими пожеланиями Вам и Вашему мужу. Остаюсь искренне Вашим,

Адольф Гитлер

 

Впервые на русском языке! 

Дорогая фрау...

Меня только что проинформировали о Вашем желании, чтобы я стал крестным отцом Вашего последнего сына. Я согласен на эту просьбу и с радостью принимаю предложение. Желаю Вашему сыну всего наилучшего в его будущей жизни.

С немецкими пожеланиями,

Адольф Гитлер

Гитлер не только соглашался стать крестным отцом детей его ближайших соратников, — включая Гиммлера, Бормана, Геринга и Геббельса, — но и также многочисленных детей из больших семей, чьи родители были ему не знакомы. Однако, большинство официальных писем, подписанных Гитлером, составлены доверенными людьми, включая, в частности, Рудольфа Гесса и Мартина Бормана. Никому из них не удавалось добиться идеального сходства со стилем Гитлера, так что довольно легко определить, какие немногие тексты были составлены самим Гитлером.

 

 Впервые на русском языке!

8 января 1929 г.

Уважаемый отец Зегг,

Я только что узнал о смерти Вашей уважаемой супруги. Более того, Шауб также только что сказал мне, что Вы потеряли еще и Вашу дочь. В этом большом горе, дорогой Зегг, пожалуйста, примите мои самые сердечные и самые искренние соболезнования. Я страдаю с Вами. С искренним сочувствием,

Ваш Адольф Гитлер

Соболезнование, отправленное старому знакомому, которого Гитлер фамильярно называл отцом Зеггом.

 

Впервые на русском языке!

Адольф Гитлер

Канцелярия

Мюнхен, 13, Шеллингштрассе, 50

Мюнхен, 2 июля 1929 г.

Уважаемый господин Школьный Инспектор,

Вернувшись из поездки, я обнаружил Ваше письмо от 20 июня. Вы едва ли можете вообразить ту радость, которую оно мне доставило, ибо я внезапно перенесся в мою молодость, в то время, когда я был рядом с учителем, перед которым нахожусь в вечном долгу и благодаря которому я избрал путь, ведущий меня к цели.

Вместо отрывка, о котором Вы меня просили, я отсылаю Вам всю мою книгу: вы найдете нужную вам цитату в начале первой части. В новом издании, конечно же, будет исправлена Ваша фамилия.

С сердечным приветствием и глубоким уважением.

Искренне Ваш,

Адольф Гитлер

Нет ни малейшего признака снисхождения «государственного мужа» в последних письмах Гитлера к бывшему учителю истории, профессору Леопольду Петшу из Линца, о котором он написал в «Майн Кампф», что тот повлиял на всю его дальнейшую жизнь. Действительно, в этих письмах Гитлер попытался передать свою теплоту и личную привязанность. Переписка началась 20 июня 1929 г. с личной просьбы Петша; он просил «достопочтенного господина Гитлера» прислать ему копию соответствующего раздела из «Майн Кампф». В этом письме Петш извинялся за «простое обращение» и объяснял, что он не вполне знал, как обращаться к своему бывшему ученику, высказывания которого хотел бы внести в свой семейный архив. Гитлер ответил с явным восторгом, а это говорит о том, что, если необходимо, он может давать волю своим эмоциям.

 

Впервые на русском языке!

Мюнхен, 21 сентября 1932 г.

Коричневый Дом

Адольф Гитлер

Уважаемый господин Хойер,

До сегодняшнего дня у меня не было возможности поблагодарить Вас за Вашу картину «Штурмовик», которую Вы мне прислали для Коричневого Дома. В своей картине Вы идеально выразили боевой дух штурмовиков.

С немецким приветом,

Адольф Гитлер

 

 Впервые на русском языке!

Адольф Гитлер

Мюнхен, 4 августа 1933 г.

Коричневый дом

Мой дорогой Кубичек,

Лишь сегодня мне подали твое письмо от 2 февраля, что и не удивительно, учитывая, что я получил от тебя новости после столь многих лет разлуки. Я очень хотел бы, когда закончится время моей самой сложной борьбы, — еще раз вернуться к воспоминаниям тех самых прекрасных лет моей жизни, встретившись с тобой лично. Возможно, ты смог бы нанести мне визит.

Желаю тебе и твоей матери всего самого лучшего, всегда помню о нашей старой дружбе,

Всегда твой,

Адольф Гитлер

 

Впервые на русском языке!

Фюрер и Канцлер

Берлин, 30 июня 1937 г.

Уважаемый господин профессор,

Советник Карл Хагмюллер из Вены передал мне Ваше письмо от 4 июня вместе с Вашей фотографией 1900 года, когда Вы были моим учителем. Я был очень рад получить Ваше письмо и великолепную фотографию, и искренне благодарю Вас за этот памятный подарок. Я так рад услышать, что, несмотря на Ваш преклонный возраст, Вы хорошо себя чувствуете, и надеюсь, что Вы останетесь в добром здравии еще много лет.

С дружеским приветом, остаюсь искренне Вашим

Адольф Гитлер

 

20 августа 1939 г.

Господину И. В. Сталину, Москва

Я искренне приветствую заключение германо-советского торгового соглашения, являющегося первым шагом на пути изменения германо-советских отношений.

Заключение пакта о ненападении означает для меня закрепление германской политики на долгий срок. Германия, таким образом, возвращается к политической линии, которая в течение столетий была полезна обоим государствам. Поэтому Германское правительство в таком случае исполнено решимости сделать все выводы из такой коренной перемены.

Я принимаю предложенный Председателем Совета Народных Комиссаров и Народным комиссаром СССР господином Молотовым проект пакта о ненападении, но считаю необходимым выяснить связанные с ним вопросы скорейшим путем.

Дополнительный протокол, желаемый Правительством СССР, по моему убеждению, может быть, по существу, выяснен в кратчайший срок, если ответственному государственному деятелю Германии будет представлена возможность вести об этом переговоры в Москве лично. Иначе Германское правительство не представляет себе, каким образом этот дополнительный протокол может быть выяснен и составлен в короткий срок.

Напряжение между Германией и Польшей сделалось нетерпимым. Польское поведение по отношению к великой державе таково, что кризис может разразиться со дня на день. Германия, во всяком случае, исполнена решимости отныне всеми средствами ограждать свои интересы против этих притязаний.

Я считаю, что при наличии намерения обоих государств вступить в новые отношения друг с другом является целесообразным не терять времени. Поэтому я вторично предлагаю Вам принять моего Министра иностранных дел во вторник, 22 августа, но не позднее среды, 23 августа. Министр иностранных дел имеет всеобъемлющие и неограниченные полномочия, чтобы составить и подписать как пакт о ненападении, так и протокол. Более продолжительное пребывание Министра иностранных дел в Москве, чем один или максимально два дня, невозможно ввиду международного положения. Я был бы рад получить от Вас скорый ответ.

Адольф ГИТЛЕР

 

Из письма к Бенито Муссолини, ноябрь 1940 г.

«…Разрешите мне заверить Вас, что в течение последних четырнадцати дней мое сердце и мои мысли были с Вами больше, чем когда-либо прежде. Кроме того, дуче, будьте уверены в моей решимости сделать все возможное, чтобы улучшить Ваше нынешнее положение… Когда я попросил Вас принять меня во Флоренции, я поехал туда в надежде высказать Вам мою точку зрения до начала приближающегося конфликта с Грецией, о котором я имел лишь общие сведения. Во-первых, я хотел попросить Вас отложить это выступление, если возможно, до более благоприятного времени года или, по крайней мере, до американских президентских выборов.

Но, во всяком случае, я хотел попросить Вас, дуче, не предпринимать никаких действий до молниеносной оккупации Крита, и с этой целью я также хотел Вам сообщить некоторые практические предложения в отношении использования германской парашютной дивизии и одной авиадесантной дивизии… Югославия должна быть поставлена в положение незаинтересованной страны, а если возможно, ее следует, с нашей точки зрения, заинтересовать в сотрудничестве при ликвидации греческого вопроса. Без заверения со стороны Югославии бесполезно рисковать какой-либо успешной операцией на Балканах… К сожалению, я должен подчеркнуть тот факт, что ведение войны на Балканах до марта невозможно. Будет бесцельно делать какие-либо угрозы в отношении Югославии ввиду того, что сербский генеральный штаб хорошо понимает, что после этой угрозы невозможны никакие практические действия до марта. Поэтому Югославию следует, если возможно, перетянуть на нашу сторону другими средствами и другим путем.

Адольф Гитлер

Из книги

« ГИТЛЕР: Информация к размышлению.

(Даты. События. Мнения. 1889—2000) »

 

На Главную страницу

 

© В. ФЕДЬКО, 2000-2001

© Е. СИДОРЕНКОВ, 2000-2001

© «МОЯ РЕВОЛЮЦИЯ», 2000-2001

Последнее обновление 18 марта 2001 г.

 



Сайт создан в системе uCoz